06

Каждый ребенок приходит в свое время

Именно тогда, когда нужно, и именно такой, какой нужен именно вам. Если у вас мальчики, значит, вам требуются те уроки и те награды жизни, которые дают сыновья. Если девочки — значит те, которые дают дочери.

Мальчик или девочка, забияка или тихоня — это именно то, что вам нужно именно сейчас. Принимайте уроки своих детей с любовью и благодарностью! У каждого ребёнка свое предназначение и своя миссия!

Знаменитый педагог и ученый Шалва Амонашвили, автор целого направления в науке — гуманной педагогики, профессор Московского городского педагогического университета провел во Владивостоке авторский семинар для учителей.

В зале МГУ им. Невельского шел разговор не об «учебно-воспитательном процессе», а о вещах гораздо более важных. Амонашвили ставил вопросы так: кто есть ребенок? И кто мы, взрослые? Есть ли у нас философия взгляда на ребенка? Как нам жить и общаться с ним? Каково предназначение учителя?

Кстати, он даже провел урок, темой которого стали тайны славянской азбуки. «Материалистический взгляд на образование унижает ребенка и самого учителя», — убежден Амонашвили. Почему? — об этом и состоялся наш разговор после урока.

— Так почему, Шалва Александрович? Странно слышать это из уст представителя точных наук. 

— Потому что надо иметь расширенное сознание, воспринимать и мир, и космос, и нашу судьбу, и технику широким духовно-нравственным взглядом. А материалистическое сознание не дает такого взгляда.

Из лекции Амонашвили: 

«Мы не знаем наверняка, существует ли высший мир реально, но можем принять это как допущение. Можете называть его как вам ближе — мир Бога, абсолюта или высшего разума. Второе допущение: душа человека — есть некая вечная, неразрушимая субстанция, она устремлена к вечному совершенствованию, других задач у нее нет, и только мы сами можем или совершенствовать, или разрушить свою душу.

И третье допущение: наша земная жизнь — лишь короткий отрезок пути души, все мы — путники во Вселенной. Да, ни одно из этих допущений не доказуемо, в это лишь можно верить. Но именно эти идеи лежат в основе религий, мировой классической литературы. И в основе гуманной педагогики. И если все эти допущения просто принять как основу, тогда появляется философский взгляд на ребенка.

Кто же он, ребенок? Нет, он не случайность и не прихоть родителей, а явление нашей жизни. Дети приходят в этот мир со своей миссией, предназначением, каждый человек немного меняет облик мира. Как изменяли его Христос, Пушкин или Эйнштейн. Кто-то скажет: конечно, ведь это были гении. Но и у «маленького человека» Арины Родионовны была своя миссия.

Люди рождаются друг для друга, мы помогаем друг другу восходить.

И вот если учитель будет относиться к ребенку с такой позиции, то вряд ли в классе прозвучит окрик, раздражение, злоба: «Сейчас же все замолчали! Быстро открыли тетради! А ты завтра без матери не приходи!». Потому что задача педагога — не параграф дать, и даже не просто знания — это не так уж и сложно, а помочь ребенку найти свое предназначение, свой путь. Как, каким методом, инструментом? А вот тут и начинается творчество учителя».

— Шалва Александрович, вы утверждаете, что у каждого человека свое предназначение. Извините, но каково оно у убийц и террористов? 

— Если исходить из тех философских взглядов, на которые я опираюсь, человек в этот мир не приходит с плохими намерениями, в нем — образ бога или, если хотите, космоса, ведь как бы то ни было, мы зависим от множества космических явлений. Но что-то может исказить путь человека: кто-то не помог, не оказался вовремя рядом, не сказал главных слов. И возникает искажение жизненного предназначения. Но думаете, плохому человеку таким хочется быть? Многие хотели бы искупить свою вину. А кто-то тратит миллионы на благотворительность — чтобы купить индульгенцию…

— На семинаре вы показали урок: общение педагога с детьми… А родителям с детьми тоже посоветуете общаться с позиции, что твой ребенок пришел в этот мир не с пустыми руками, а с миссией? 

— У меня есть свой взгляд на воспитание в семье, и я тоже отец, дедушка. Когда-то нас воспитывали, потом мы воспитывали детей путем проб и ошибок… Скажу главное: если родители хотят улучшить воспитательную систему в семье, в первую очередь они должны отказаться от всякого наказания ребенка. От всякого наказания!

Вы спросите: а если ребенок вредит, что-то плохое делает, как быть? Есть разные подходы, но все они требуют очень много усилий со стороны родителей. Если у вас есть ребенок, то извольте, пожалуйста — отдавайте время ребенку! Воспитывайте его не как попало, а постоянно. Потому что если как попало — тогда не обойтись без наказаний, ведь у вас нет времени, чтоб угомонить его, поэтому надо отшлепать хорошенько, накричать, запретить, отнять, поругать. Но если я отдаю большую часть души воспитанию ребенка — такие приемы вряд ли понадобятся.

Это не значит, что я не буду требовать от детей чего-либо, просто разговор станет другим. Сделал ребенок что-то плохое, я ставлю перед ним условие: давай, чтобы этого в нашей жизни не было. И уговариваю.

Но как только он начинает понимать и делать хорошее — я стократно буду поощрять, чтобы он укрепился в этом устремлении. Или даже попытается сделать хорошее — я буду преувеличивать, хвалить, восхищаться: видишь, сынок, ты мужчиной становишься! И так постоянно. Хвалите детей! Мы должны возвысить ребенка в его же глазах.

— Все равно ребенок не вырастает без «фокусов»… 

— Конечно, в том числе, потому что в нем есть «страсть к взрослению» — очень мощное природное чувство, ради которого он пойдет на все. И вот вдруг сын начинает курить — он так понимает взросление, а тем более, если еще папа курит. Как поступить? Запретить, накричать? Но он будет красть сигареты, деньги… Ведь он взрослеет, все курят, и он должен курить.

Важно, чтобы ребенок взрослел в общении со взрослыми, а если ссориться, конфликтовать, возникает глухота, что и бывает во многих семьях: крики, отец гоняется за сыном… Получается, папа не годится для взросления и общения, не принимает сына, и тогда подросток находит компанию, где его принимают.

Лучше пусть отец воспитывает сына как брата, скажет ему: «Сынок мой, ты уже взрослеешь… Видишь, вот моя последняя сигарета, и ты больше не увидишь, как я курю». Если папа это сделает, он любит ребенка, если не сделает — он себя любит.

Если ребенок делает что-то плохое — не наказывать надо, а плакать! Со слезами на глазах говорить, насколько они страдают — папа или мама. Слезы матери — тысячекратно мощное средство, чем руки матери, когда она избивает своего ребенка. Избивает, якобы, чтобы призвать к лучшему, от любви, видите ли, избивает… Но такую любовь ребенок не примет никогда! Насилие не воспитывает ребенка, а приостанавливает его развитие. Отбирает духовную опору. А потом мы, родители, и сами в ужас придем…

— А как читать уговорить? 

— Читает ли папа дома? Ребенок должен видеть читающих людей вокруг себя, которые любят и берегут книгу. И как только у отца выдается пара минут — он не пиво пьет, не телевизор смотрит, а берет мудрую книгу, садится и читает. И мама тоже читает.

А плохо ли будет, если перед сном мама, папа, бабушка или дедушка подсядут к ребенку, даже взрослому, и прочтут какие-то страницы: сынок, послушай, пожалуйста! Что-то из Библии, или сказки, рассказы, и пусть он заснет, а вы продолжайте читать — еще 10-15 минут…

Ребенок впитывает это. Если у вас в семье читающая среда и читающие люди — невозможно, чтобы ребенок не полюбил читать. Но видите, все это трудный для родителей путь. Не зря мы говорим: дети — наша радость, наши слезы…
Источник

Поддержите нас! Нажмите:



Самое читаемое:

369 просмотров